Это случилось чуть больше года назад. Шеф не позвонил, как обычно - «зайди», а зашёл сам. Сел напротив, в гостевое кресло, и без предисловий:
- Один из наших заводов, последние несколько месяцев здорово сбоит. Я хочу, чтобы ты съездил, разобрался, наладил, в общем, как ты умеешь. Они работают на большой регион, суммы проходят серьёзные, а отдача не та. Да и партнёры, я чувствую, не довольны. У тебя сейчас как с работой?
- Да с работой в наше время география не существенна, было бы GSM покрытие, - ехать, конечно, не хотелось, - Вы считаете, что Степанович со своей командой не справится?
Степанович у нас возглавлял группу внутреннего аудита. Крепкий старикан – из породы «такие всех нас переживут», - воспитанный ОБХСС и закалённый Народным Контролем. И ребят к себе в группу набирал соответственно.
( Много текста, но прочитал... На одном дыхании... :-)) )
Болотная, проспект Сахарова. Вы думаете что собравшись в таком количестве мы что-то поменяем? Давайте посмотрим на это со стороны власти.
Представьте себе, вы - большой чиновник, с огромным раздувшимся эго, мигалкой, дачами, любовницами и стабильным доходом в миллионы тугриков в год. Неужели из-за нескольких десятков тысяч улыбающихся людей с непонятными лозунгами вы готовы этим пожертвовать, отдать все и уехать? Нет. Вы до последнего будете твердить сами себе, окружающим, своему начальству, что все это временно, что это происки врагов, пар выйдет и все пройдет. Вы будете обманывать себя до последнего, еще бы, ведь вы повелеваете судьбами, решаете вопросы, имеете связи и охрану. Из окна вашего кабинета видно Кремль или Красную площадь. Окружающие вас люди при встрече невольно поджимают плечи и заглядывают вам в глаза. И так каждый день, так проходят годы.
Самое интересное, что вы действительно думали иногда о судьбах России, даже сделали пару десятков звонков чтобы помочь кому-то. Вы верите что делаете нужное, благородное, необходимое дело. Ежедневно подписываете кучу бумаг, которые должны улучшить в этой стране жизнь простым гражданам, развивать отрасли, ускорять процессы. Вы собираете совещания и принимаете судьбоносные петиции, наказываете или поощряете подчиненных. Вашей фамилией пугают, и многие вопросы можно решить лишь сославшись на знакомство с вами или показав фотографию, на которой вы жмете кому-то руку.
Вы можете быть действительно заслуженным человеком. В прошлом успеть получить настоящие награды, за настоящие дела.Вы гордитесь этим прошлым, оправдывая свое настоящее. Ведь все что вы получили после того как сели в кожаный стул, это бонусы, которые обычно дают путем включения вас в списки награжденных. С начала вы контролировали эти процессы, сейчас награды получаются автоматом.
Те счета, которые у вас существуют - это всего лишь небольшая благодарность за ваш великий труд. Тем более, что все с кем вы общаетесь имеют счета побольше, костюмы подороже, икру покрупнее. Это всего лишь подушка безопасности, залог стабильности для ваших потомков, которым,скорее всего, Россия уже стала чужой страной. Это неприятно осознавать, но ваши дети уже никогда не вернутся сюда после учебы.
Прошло время когда вы упивались своей властью, теперь вам хочется стабильности и покоя. Вам уже давно никто не смеет дерзить. Вас ужасает вид из окна поезда, поэтому самолет, главное транспортное средство.
И тут,неожиданно, за окном появляются люди с белыми ленточками. Вам неясно что им надо, вам непонятны их лозунги. Они не хотят от вас ничего, кроме честности и справедливости. Но ведь все это вы им давали, в общей когорте вы достаточно честный человек, и вершили дела по справедливости. Другой вопрос, как этим пользовалось ваше окружение, но вы же не в курсе.
Эти люди не хотят вашего кресла или денег, не хотят вашей жизни. Им надо то, что по вашему мнению вы им уже дали. Вам не ясно, что делать дальше, но защищаться надо, и вы начинаете делать из них врагов, приписывать им жестокость и самоуправство, жажду власти, и в конце концов вы начинаете их бояться.
Это страх усиливается с каждым днем и вы начинаете совершать ошибки. Сначала не то сказали, потом не там подписали. А затем оказывается, что по меркам людей с белыми ленточками вы обычный жулик и вор. С вашими то заслугами! Да как они смеют, лишь один вопрос стучит в голове. Ведь вы спасли эту страну, спасли их!!!
И вы отдаете приказ разогнать, стрелять, сажать, ведь их очень мало, по сравнению со всей страной. Это и будет ваш последний приказ.
Разлетелася корона,
Нет державы, нету трона.
Жизнь, Россия и законы —
Всё к чертям!
И мы —
Словно загнанные в норы,
Словно пойманные воры,
Только кровь одна — с позором
Пополам.
И нам
Ни черта не разобраться —
С кем порвать и с кем остаться,
Кто за нас, кого бояться,
Где пути, куда податься,
Не понять —
Где дух, где честь, где стыд,
Где свои, а где чужие,
Как до этого дожили!
Неужели на Россию
Нам плевать?!
Позор
Всем, кому покой дороже,
Всем, кого сомненье гложет:
Может он или не может
Убивать!
Сигнал!
И по-волчьи, и по-бычьи,
И как коршун на добычу —
Только воронов покличем
Пировать.
Эй, вы!
Где былая ваша твёрдость?
Где былая наша гордость?
Отдыхать сегодня — подлость!
Пистолет сжимает твёрдая рука.
Конец! Всему конец!
Всё разбилось, поломалось,
Нам осталась только малость:
Только выстрелить в висок
Иль во врага.
Был недавно в Минске. Фото выкладывать не буду, тошнит уже от них, кто хочет посмотреть красоты этого города погуглите или лучше поезжайте.
Небольшое подведение итогов.
Город.
Сам по себе достаточно красив. Белорусы смогли сохранить лучшее от советской эпохи и добавить современной красоты и света. Очень неплохо смотрится все ночью, в центре все здания подсвечены. На старых улицах очень ощущается Европа. Везде очень чисто, но ни одного дворника я не видел. Посмеялись с названий улиц и учреждений по доброму, Праспект Ламаносава, аптэка. Как слышу так и пишу почти. Да у нас любой двоечник по русскому языку был бы в Минске профессором. Везде ощущается воздух, нет такой плотности застройки. Очень много зелени и парков. Сначала кажется, что дойти куда-то пешком невозможно, огромные расстояния. На самом деле город небольшой.
Люди.
Настолько доброжелательные, что сначала берет оторопь. После Москвы прямо удивляет такая любезность и улыбчивость. Это видно везде, даже гаишники местные улыбались. Странно, но никто на белорусском не говорит. Как сказал один таксист, его уже никто и не знает. О политике говорить не любят, к Лукашенко двойное отношение. Практически нет лиц кавказской национальности и выходцев из средней Азии.
Движение.
Никто никого не обгоняет, не подрезает. Никто не лихачит и не устраивает разборок. Везде натыканы камеры, сразу получишь по попе. Полосы более узкие, так что сразу непривычно, кажется что тебя прижимают, а потом ничего. Все названия и указатели написаны нормальным большим шрифтом, только их маловато. Может это в первый раз. Светофоры плоские и со смайликами вместо желтого. Порадовало. Поймать дикое такси, как у нас, нереально. Только официальное. Очень с этим строго. Непонятные знаки есть, треугольник, как уступи дорогу, с жирной точкой посередине. Трасса до Минска - сплошное удовольствие. Две полосы хорошего асфальта в обе стороны, разрешенная скорость 120 и никаких населенных пунктов. Врубаешь круиз-контроль и кури бамбук. Машин немного. Метро две ветки, жетоны розовые, как жвачка. Бензин стоит дешевле чем у нас.
Общепит.
Очень много везде самых различных кафе и ресторанчиков с недурно оформленным интерьером. Кухня похожа на нашу. Только драники не понравились. Цены ниже раза в полтора. Обслуживание медленное. Я пытался это объяснить тем, что у них все готовят их сырых продуктов, полуфабрикатов нет. Спиртное как везде, коктейли неплохие и строго дозированные. Недолива не бывает. Качество еды неплохое. В Минске я ел самые вкусные заварные пирожные за последние 20 лет, очень напомнили детство.
Валюта.
Тут полная чехарда. Приехал, наш рубль стоил 150 их рублей, на следующий день уже 300. Поэтому сразу суммы больше 100-200 долларов не меняйте. Обмен валюты вне банков уголовное преступление, могут повязать. Честно, я с подачи таксиста один разок махнул деревянные. Потом другой таксист пояснил почему этого делать не надо. Вообще практически везде принимают российские рубли и доллары, только курс у каждого свой.
Связь.
С местными сим картами для иностранцев, а другие вам просто не продадут даже за взятку (пробовал по-нашему), проблема. Их не хватает, и они обычно есть только в центральных офисах операторов. Операторов вроде два всего. Роуминг бешенный.
В общем все тихо и очень спокойно, красиво, уютно и чисто. Жаль что Россия не смогла пока стать похожей на Белоруссию, даже немного.
Поеду еще.
Дима, очнись, есть еще шанс изменить эту тухлую власть!!!
Иди на выборы, сука!
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=91.7){kind=small}
lvoropaeva в 45 уроков, которые преподала мне жизньНаписано Региной Бретт, 90 лет отроду, Кливленд, Огайо. Желая отметить свое 45-летие, я составила 45 уроков, которые преподала
мне жизнь. Это самая востребованная колонка из всех, что я когда-либо писала. Мне стукнуло 90, и вот, я снова публикую эту колонку:
1. Жизнь несправедлива, но все же хороша.
2. Если сомневаешься, сделай еще шажок вперед.
3. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на ненависть.
4. Работа не позаботится о тебе, когда ты болеешь. Это сделают твои друзья и родители. Береги эти отношения.
5. Каждый месяц оплачивай долги по кредиткам.
6. Не обязательно выигрывать в каждом споре. Согласись или не согласись.
7. Плачь вместе с кем-то. Это лечит лучше, чем плач в одиночестве.
8. Допустимо злиться на Бога. Он поймет.
9. Копи на пенсию с первой зарплаты.( Read more... )
мне жизнь. Это самая востребованная колонка из всех, что я когда-либо писала. Мне стукнуло 90, и вот, я снова публикую эту колонку:
1. Жизнь несправедлива, но все же хороша.
2. Если сомневаешься, сделай еще шажок вперед.
3. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на ненависть.
4. Работа не позаботится о тебе, когда ты болеешь. Это сделают твои друзья и родители. Береги эти отношения.
5. Каждый месяц оплачивай долги по кредиткам.
6. Не обязательно выигрывать в каждом споре. Согласись или не согласись.
7. Плачь вместе с кем-то. Это лечит лучше, чем плач в одиночестве.
8. Допустимо злиться на Бога. Он поймет.
9. Копи на пенсию с первой зарплаты.( Read more... )
Хочу не носить с собой пистолет. Эта тяжелая штука меня порядком достала. Но огромные возможности получить в голову просто так в нашей стране не позволяют обходится обычными навыками рукопашного боя.
Хочу чтобы я шел пьяный, а мне помогли менты добраться до дома, а не приставали с вопросами, на которые я не могу ответить в таком состоянии.
Хочу чтобы дети ходили в школу одни, без надзора и контроля и я был уверен, что они вернуться целыми и невредимыми. Что учителя, которые их учат не педофилы.
Хочу чтобы моя бабушка улыбалась когда получала пенсию, а еще лучше чтобы она вообще об этом не думала, просто получала удовольствие от жизни.
Хочу иметь только один паспорт, мне два надоели, внутренний и заграничный.
Хочу чтобы я садился в такси и просто называл адрес, а не работал навигатором для братухи из средней азии.
Хочу покупать продукты и не смотреть срок изготовления. Быть уверенным, что никто не отравится.
Хочу чтобы Жириновский почаще выступал,а то совсем смотреть нечего.
Хочу чтобы везде был Wi-Fi, а не только в макдональдсе.
Да мало ли чего я хочу, а чего хотите вы?
vintovkin в Куда девались фронтовики-инвалиды?
В статистическом исследовании «Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооруженных сил»значится, что во время войны демобилизовано по ранению, болезни, возрасту 3.798.200 человек, из них инвалидов 2.576.000 человек. И среди них 450.000 одноруких или одноногих.
Читатели постарше – ну очень постарше, такие уже почти динозавры – если покопаются в памяти, вспомнят, что в конце 40-х годов на улицах было много инвалидов. Наследие недавней войны...
Фронтовики
Безрукие, безногие, на костылях, с протезами, а то и вовсе на самодельных тележках – впрочем, это и тележкой трудно было назвать, просто доски на колесиках, на досках сидел безногий инвалид и отталкивался от земли такими «утюжками». Так и двигался. Инвалиды были крикливы, раздражительны, не всегда трезвы, и не всегда чисто одеты... Кто их осудит?
Жили победители тяжело и демонстративно носили на потертых пиджаках боевые ордена. В общем, не красили они собой ни города, ни заботу партии и правительства об инвалидах не демонстрировали. А еще они пели и побирались, просили милостыню по вагонам и рынкам. И это могло бы породить в головах некие крамольные мысли о благодарности советского народа своим защитникам – если бы кто-то об этом задумывался. А самое главное – они никого и ничего не боялись...
Их были сотни тысяч – жертв этой страшной войны, молодых парней, искалеченных и ставших обрубками без будущего. Такое наследие оставляла после себя любая война – а что уж говорить про Вторую мировую...
И вдруг они исчезли...
Их собрали за одну ночь – погрузили в вагоны и вывезли в «дома-интернаты закрытого типа с особым режимом». Ночью, тайком – чтобы не было шуму. Насильно – некоторые бросались на рельсы, но куда им было против молодых и здоровых? Вывезли. Чтобы не оскорбляли своим видом взоры горожан и туристов. Чтобы не напоминали о долге перед ними, спасшими всех нас.
 |
| Лишенный обеих рук Владимир Еремин (худ. Геннадий Добров) |
По замыслу благодетелей переселить в интернаты полагалось только одиноких, но на деле никто особо не разбирался – брали всех, кого попало, и те, у кого была семья, даже не смогли передать о себе весточку! У них отобрали паспорта и военные билеты. Исчезли, и все.
Вот там они и жили – если это можно назвать жизнью. Скорее, существование в каком-то Аиде, с другой стороны Стикса и Леты – реки забвения. Там были ветераны Сталинградской битвы, заживо похороненные и выжившие, летчики и танкисты... Снова и снова ходившие в бой, в огненный ад – за нас с вами. И получили награду – ордена и... интернат тюремного типа, откуда не было выхода. А ведь они были молодые парни, им хотелось жить!
По сути дела, в этих интернатах они были на положении заключенных. Им нельзя было оттуда уехать. А чтобы было вернее, большую их часть отвезли на остров Валаам. В Соловки. С глаз долой подальше.
Интернаты находились в ведении МВД. Понятно, что там была за жизнь. Даже то скудное содержание, которое на них выделялось, разворовывали почти полностью. У них не было даже посуды, и они ели из полулитровых банок. Связи с внешним миром тоже не было.
«...Категорически воспрещалось не только водить туда группы, но даже и указывать дорогу. За это строжайше карали изгнанием с работы и даже разборками в КГБ. И все-таки кто-то прорывался и все равно ходил туда. Но, разумеется, поодиночке или группочками по три-четыре человека. Надо было видеть потом опрокинутые лица этих людей, их шок от увиденного. Особенно страшно было встретить женщин в возрасте, потерявших мужей на фронте, да еще получивших не похоронку, а извещение «пропал без вести». Ведь некоторые из них свершали самые настоящие паломничества по таким заведениям. Пытаясь отыскать своих мужей, сыновей, братьев». (Евгений Кузнецов «Валаамская тетрадь»).
 |
| «Ранен при защите СССР». Александр Подосенов (худ. Геннадий Добров) |
«Несмотря на то, что первый контингент был завезен еще в 1950-м году, электричество протянули в то место, где они жили, только в 1952-м. Света не было, помещения не отапливались, и большинство из тех самых «сотен» как раз и умерло в первые два года. Летом же «самовары» или «чемоданы» (так назывались инвалиды без рук и без ног) на весь день подвешивались, иногда по двое, в корзинках на деревья. Бывали случаи, что на ночь забывали снимать…, а ночи в Карелии даже летом холодные…» («Забыты и подвешены», Аркадий Бейненсон).
…Что творилось в душе у молодых людей, победителей фашизма, которых Родина так отблагодарила? Не пожалел ли каждый из них много раз, что не погиб в бою?
А когда они умирали – от последствий ли войны, или от тоски, их даже хоронили без могил. Нет могил, и нет их имен. Просто ушли в землю. Про Валаам хоть что-то известно, есть портреты, отдельные воспоминания, а ведь были и другие такие интернаты – от тех вообще ничего не осталось.
 |
| «Неизвестный» (Худ. Геннадий Добров) |
Недавно прошел слух (не знаю, насколько верный, пока только слух), что есть мнение: стариков-пенсионеров надо вывезти из больших городов «на природу». В специальные пансионаты, потому что в городах им трудно, шумно и душно, а на природе будет хорошо. Да и квартир сколько освободится!
Нетрудно понять, что эта светлая идея по сути – такая же людоедская, как вывоз фронтовиков в валаамский концлагерь. Что никто их желания не спросит, а уж какой там будет уход – достаточно вспомнить несколько громких скандалов по поводу домов престарелых в Ямме и других захолустьях, где стариков буквально сживали со свету. Остается только надеяться, что идея не осуществится.
Но... если подумать: те, кого «отцам городов» очень хотелось бы вывезти с глаз долой из дефицитного жилья – они в конце 40-х, начале 50-х годов были в самом расцвете молодости. Это они вывозили фронтовиков-«самоваров» на Валаам. А кто не вывозил сам – тот молчал и не спросил: а где они?Куда в одночасье девались все безногие из городов? Не интересовались, не возражали, освободили город от надоедливых и неприятных инвалидов, и ладно.
К.Ю. Старохамская
shkolazhizni.ru
